первый «Москвич» сошел с конвейера

Это было событием не только для МЗМА, по и для отечественной авто­мобильной промышленности. С того памятного дня начинает­ся родословная такого большого ныне семейства «Москви­чей».

ШАГ ДЛИНОЮ В ТРИ ГОДА

23 апреля 1947 года полтора десятка разноцветных малолит­ражек въехали в ворота Московского Кремля. Их осматривали руководители партии и правительства. Были сделаны некото­рые указания по отделке кузова и отдельным деталям. «Моск­вич» получил путевку в жизнь.

Той же весной с конвейера сошел сотый автомобиль. Со­бытие, казалось бы, не такое уж большое, а все же машину— • виновника этого маленького торжества — с гордостью всем по­казывали.

Автозаводцы не скрывали своего удовлетворения, когда машину хвалили, но вместе с тем каждый понимал, что это только начало. Самое трудное было впереди.

На собрании хозяйственного актива выступил нарком ав­тотракторной промышленности СССР С. А. Акопов.

— Автомобиль «Москвич» должен быть не только проч­ным и комфортабельным, но и дешевым, — говорил нарком. — Для этого надо быстрее переходить к массовому и поточному выпуску машин. Надо возможно быстрее предельно загрузить готовые станочные линии, создать задел деталей, начать вы­пуск запасных частей, в которых так нуждается автомобиль­ный транспорт.

Это стало боевой задачей. По всей стране ширилось сорев­нование за досрочное выполнение первой послевоенной пяти­летки. Не отставал и дружный коллектив МЗМА. Создавались новые ударные бригады. Стахановцы показывали образцы вы­сокой производительности труда и вели за собой остальных.

В 1950 году, последнем году пятилетки, завод должен был достигнуть своей проектной мощности — 40 тысяч автомоби­лей. Но, может быть, можно и раньше пятидесятого, ведь сен- час только 1947 год?..

Вначале это было смелой мечтой. Она родилась среди мо­лодежи цеха шасси. Бригадир комсомольско-молодежной брига­ды Анна Кузнецова завела этот разговор с секретарем цехово­го комсомольского бюро Леной Зубковой.

Постепенно мечта принимала конкретные формы. В брига­де Кузнецовой появилась уверенность в успехе. Но этого было мало. Надо еще доказать свою правоту.

Внимательно приглядевшись ко всем операциям, Кузне­цова и ее товарищи обнаружили, что станки могут дать боль­ше, чем от пих сейчас берут. Но с чего начать?

Пошли к начальнику цеха. Тот внимательно выслушал.

—      Конечно, это было бы отлично, а что скажут техно­логи?

Это разумное замечание начальника цеха не застало врас­плох членов бригады. Владимир Сапогов, Виктор Шилов, Сер­гей Романовский, Александра Спиридонова ну и, конечно, Анна Кузнецова много думали о путях увеличения произво­дительности труда: ведь это самое главное, без этого о дости­жении проектных норм и говорить нечего.

—     Будем менять режим обработки деталей, увеличим ско­рость резания,— объясняет Кузнецова.

-— Ну а как же, все-таки на это смотрят наши технологи?

Выяснилось, что они смотрят по-разному. Цеховой техно­лог не очень верит в эту затею. А вот старший технолог Лев Чплингарян — тот загорелся.

—     Я сам им буду помогать,— обещал он.— Надо поста­раться, очень уж это заманчиво!