Так началась большая дружба

 старшего технолога и бригады. Подключились наладчики и мастер. Конечно, без их организационной и технической помощи у молодой бригады ничего бы не получилось, а такой творческий союз скоро пока­зал жизненность идеи.

Коллектив цеха шасси вписал в историю завода много яр­ких страниц. Наряду с творческими успехами бывали и отдель­ные срывы, но чем труднее складывалась в цехе производ­ственная обстановка, тем решительнее и энергичнее боролся коллектив за победу.

В этой борьбе воспитывались и закалялись квалифициро­ванные кадры рабочих и инженерно-технических работников. С годами мужала большая и дружная семья шассистов. Мно­гие ее члены показывали и продолжают показывать образцы самоотверженного труда.

Много лет назад пришел в цех шасси токарем третьего разряда Гавриил Васильевич Филип. Работал он наладчиком, окончил без отрыва от производства автомеханический техни­кум, стал мастером, потом старшим мастером и начальником участка, а девятую пятилетку он уже завершал заместителем начальника цеха.

Такой же путь прошел Евгений Ефимович Харитонов. Ста­рожилы помнят Женю Харитонова активным комсомольцем и начинающим токарем, который с каждым годом накапливал мастерство, повышался в разрядах. Окончил институт, занял должность технолога. Прошло время, и его назначили заме­стителем начальника экспериментального цеха.

Токарем начинал еще в 1945 году в цехе шасси и замести­тель директора завода Юрий Васильевич Широкий.

Анна Кузнецова пришла на завод незадолго до того, как началось наступление на проектные нормы, в ноябре сорок ше­стого. Она еще ничего не умела, а осваивать сразу пришлось девять различных деталей шасси автомобиля. Обрабатывали их на пяти станках — токарном, шлифовальном, фрезерном, про­тяжном и сверлильном,— так что все это было не очень просто. Семьдесят операций надо выполнить, чтобы сделать эти де­вять деталей. Аня сравнительно быстро изучила все операции н даже старалась подходить к каждой из них по-своему, иска­ла наиболее рациональные приемы. Это заметили в цехе и стали помогать девушке еще больше, а вскоре назначили брига­диром комсомольско-молодежной бригады.

Не проходило дня, чтобы к члепам бригады не заходил начальник цеха шасси Заварьян или его заместитель Ворон­ков. Особенно энергично помогал молодежи Николай Семенович Воронков. Ну, а старший технолог Лев Чилнигарян, так тот больше всех был с бригадой, вникал во все детали ее работы, помогал повышать выработку каждой детали.

В бригаде пять разных станков. Надо, чтобы все умели ра­ботать на любом из них. Только совмещение профессий может сократить простои. Надо еще уплотнить рабочий день и лучше организовать труд. Обо всем этом много говорилось на бригад­ных собраниях, которые стали уже привычными и часто привле­кали рабочих из соседних бригад. Всем было интересно, как Кузнецова и ее товарищи справятся со своей, прямо скажем, нелегкой задачей.

Какие проектные нормы предусмотрены для деталей, обра­батываемых кузнецовской бригадой? Это было первое, что хо­телось выяснить молодым передовикам производства.

— Извольте,— ответил Заварьян.— Нормы 1950 года в пять раз превысят нынешние. К этому времени изменятся условия работы, завод развернет все свое новое оборудование, усовершенствует технологию, люди накопят большой опыт.

Все это Кузнецова понимала, но ей и всей бригаде хоте­лось сейчас, в канун 30-летия Октября и 800-летия Москвы, шагнуть в 1950 год.

В первый же день, когда началась борьба за освоение проектпых норм, был создан «комсомольский пост». Руково­дила им комсорг Лена Зубкова. Пост был в курсе всех собы­тий бригады, ни одна мелочь не ускользала от его внимания.

Вывесили график и ежедневно отмечали, как каждый при­ближается к освоению проектных норм. Около бригады Кузне­цовой вывешивали плакаты с фамилиями тех, по чьей вине воз­никали перебои.

Появились «молнии». Они поздравляли с успехом побе­дителей и бичевали виновников срыва снабжения бригады. Спастись от «молний» было невозможно, они вырывались за пределы цеха шасси и устремлялись в другие цехи, в заводо­управление, красовались па дверях кабинетов некоторых на­чальников.

Однажды у начальника отдела кооперации появилась тре­вожная «молния»:

«По вашей випе бригада Кузнецовой не получила поковок рычага. Через песколько дней поковки кончатся, и работа оста­новится. Срочно дайте поковкп! «Комсомольский пост».

Взволнованный начальник немедленно пришел к шасси- стам и рассказал, что поковки изготовляются на ЗИСе. Там и надо искать причины задержек.

Бригада паписала письмо директору ЗИСа И. А. Лихаче­ву и просила в срок выполнять заказы. Лихачев отнесся к это­му письму очепь внимательно и вместе с ответом прислал гра­фик отправки поковок па МЗМА.

Так это началось. Но большого перевыполнения заданий пока пе получалось. Правда, простои сократились, но каждый в бригаде понимал, что для освоения норм 1950 года нужны какие-то особые, более решительные меры.

Как же быть? Ответ па этот вопрос нашла партийная ор­ганизация. Опа заглянула вперед и увидела то, что проходило мимо бригады.

В партийном бюро собрались все участники генерального наступления па проектные нормы. Выяснилась простая вещь. Усилия бригады и тех, кто ей помогал, до сих пор направля­лись на то, чтобы упростить и ускорить работу по существую­щей технологии. Этого мало. Коммунисты завода, горячо под­державшие новое начинание, посоветовали более решительно взяться за усовершенствование и обновление технологии, заме­нить одни операции другими, более производительными. Толь­ко так можпо обогнать время и на три года раньше срока ов­ладеть проектными нормами.

Встреча в партбюро и правильное направление, полученное там бригадой, помогли перестроить работу на другой лад.

Утром собрались у начальника цеха шасси Викепта Се­меновича Заварьяна. Пришли парторг цеха В. Сафронов, ком­сорг Е. Зубкова, технологи, мастера.

— Давайте запиматься арифметикой, подсчитаем свои воз­можности, подумаем, хватит ли сил справиться...

Для начала решили взять одну деталь — рычаг пружины передней подвески. Бригада приняла обязательство освоить в

короткий срок ироектиые нормы на четыре операции по этой детали.

Б бригаду пришли Воронков и Чилингарян, мастер Ка- лашяп, наладчики Спирин и Тарасов. Пришли с засученными рукавами и твердым намерением оказать бригаде конкретную помощь. Получилось не сразу. Но упорство и опыт взяли свое. Бригада довела до разумного предела скорости резания, улуч­шила и изменила технологию обработки детали, резко повыси­ла производительность труда и достигла проектной нормы, за­планированной па конец пятилетки.

Это было событие чрезвычайной важности. Ведь если мож­но осилить проектные нормы по одной детали, то почему нель­зя сделать то же самое и с другими деталями?

—      Ну-ка, покажите, как это у вас получилось,— попро­сил Заварьян.

Смущенная до крайности, Аня Кузнецова с удовольствием выполнила просьбу начальника цеха. Значит, так: развертку отверстия рычага пружины передней подвески заменили про­тяжкой. Это увеличило производительность в четыре с поло­виной раза...

—     Это хорошо. Дальше, дальше!

Торцы того же рычага шлифовали до сих пор на кругло- шлпфовальном станке по одной штуке. А теперь перенесли эту операцию на плоскошлифовальный станок. Здесь сразу можно установить по 100 деталей. Производительность труда повышается в 50 раз.